Сегодня 21 октября 2019
Медикус в соцсетях
 
Задать вопрос

ЗАДАТЬ ВОПРОС РЕДАКТОРУ РАЗДЕЛА (ответ в течение нескольких дней)

Представьтесь:
E-mail:
Не публикуется
служит для обратной связи
Антиспам - не удалять!
Ваш вопрос:
Получать ответы и новости раздела
18 февраля 2003 18:58   |   Горьковая И.А. – Обозрение психиатрии и медицинской психологии имени В.М. Бехтерева Санкт-Петербург

Нарушения поведения у детей из семей алкоголиков

 
Вопросу о влиянии алкоголизма родителей на детей как в оте­чественной, так и в зарубежной литературе посвящено довольно много научных работ. Выявляется существование четкой взаимо­связи между алкоголизмом родителей и физическим и психическим здоровьем их детей. Статистический анализ клинического мате­риала показывает, что дети с нервно-психическими расстрой­ствами достоверно чаще встречаются в семьях, отягощенных родительским алкоголизмом, по сравнению со здоровыми семьями (90—98% и 14—20% соответственно). Наряду с этим наблюдаются различные подходы рассмотрения путей воздействия алкоголизма родителей на здоровье детей, что обусловлено труд­ностями разграничения причин отклонений у потомства алкого­ликов: специфики социальной среды или повреждения алкоголем половых клеток родителей.
Исходя из анализа литературы, посвященной этой проблеме, можно выделить три основных направления. Некоторые авторы в качестве основной причины рассматривают биологический фак­тор, особенно при наличии матери, злоупотребляющей алкоголиз­мом, что ведет к органическому поражению головного мозга ребенка. Следует добавить, что в одном и том же возрасте при одинаковой массе, одинаковом объеме потребления алкоголь­ных напитков мужчинами и женщинами содержание алкоголя в крови у женщин всегда выше.
В то же время существуют клинические исследования, посвя­щенные изучению развития психической патологии у взрослого потомства больных хроническим алкоголизмом, которым страдали только отцы. Так, А. А. Гунько обследовал 37 детей из 23 подобных семей. В возрасте 25 лет и старше (при этом у половины из них отцы покинули семью или до рождения или в первые пять лет после его рождения) у всех обнаружены различные типы психических нарушений: хронический алкоголизм (56%), психо­патии (30%), невротические расстройства (4%), депрессии (13%), суицидальные попытки (22%). Таким образом, можно сделать два основных вывода: а) биологический компонент явля­ется доминирующим в последующей психической патологии у де­тей больных алкоголизмом отцом; б) структуру психических нарушений потомства определяют хронический алкоголизм и пси­хопатии.
Другие авторы по главу угла ставят окружающую дезоргани­зованную социальную среду, которая в итоге приводит к патологи­ческому формированию личности. Подобный подход характерен для сторонников теории социального научения, со­гласно которой основной акцент ставится не на личности как тако­вой и не на генетическом или биологическом факторах, а на харак­тере сложившегося взаимодействия между личностными и средовыми детерминантами поведения. В соответствии с рассматривае­мой теорией, отклонения поведения в детском и подростковом возрасте представляют собой, прежде всего продукт социального научения индивида, что тем самым становится функционально оправданным. Следовательно, в зависимости от конкретной ситуа­ции, которая для детей больных алкоголизмом родителей является весьма специфичной, этот поведенческий паттерн может служить средством для достижения субъектом тех целей, которые он не может достичь иным образом. В то же время он (поведенческий паттерн) может выступать для подростка как способ справиться с фрустрациями, возможными неудачами, как средство выражения своего отношения к нормам и ценностям мира взрослых. В итоге происходит нарастание психических отклонений, которые приводят к нервно-психическим нарушениям, формирующимся к подростковому возрасту.
Большинство же придерживается мнения о том, что алкоголизм родителей представляет собой сложный фактор отрицательных внутренних и внешних воздействий на потомство, приводящий к нарушению его нормального нервно-психического развития. Влияние домашней окружающей среды особым образом вносит вклад в психологические характеристики ребенка. При этом нельзя отрицать роли личности с присущими ей взглядами, интересами, привычками, которые создаются в процессе ее формирования. Таким образом, нормы поведения преломляются через индиви­дуальные свойства личности. Если для детей в возрасте 6—9 лет из семей алкоголиков характерны реакции астенического типа, то к 10—14 годам развивается картина патологического развития личности в виде повышенной тревожности, импульсив­ности, отчужденности, агрессивности, гиперактивности, со сни­женным самоконтролем.
Ю.М. Дмитриевым предложена следующая классификация патогенного воздействия алкоголизма родителей на развитие ре­бенка: 1) опьянение одного из родителей в период зачатия; 2) физическая или психическая травматизация матери в период беременности; 3) травматизация новорожденного; 4) недостаточ­ный уход за ребенком; 5) неправильное воспитание и связанная с этим педагогическая и социальная запущенность ребенка; 6) ин­теллектуальная и социальная деградация матери или отца, стра­дающих хроническим алкоголизмом; 7) постоянная психотравмирующая ситуация в семьях больных хроническим алкоголизмом; 8) влияние микросреды, в которую неизбежно входят семьи боль­ных хроническим алкоголизмом. К данной классификации впо­следствии был прибавлен еще один пункт: опьянение матери в период беременности и кормления грудью.
При проведенном нами социально-психологическом обследова­нии 61 воспитанника специальной школы со строгим контролирую­щим режимом (мальчики в возрасте 11 —14 лет) выявилось, что 84% из них происходят из алкоголизирующихся семей. Мать злоупотребляла спиртными напитками у 41% воспитанников, алкоголизировался только отец у 15%, оба родителя злоупотреб­ляли алкоголем у 28%. Но у злоупотребляющей спиртными напитками матери эпизодически менялись их сожители, столь же дезорганизованные и страдающие хроническим алкоголизмом. Следовательно, практически 68% обследованных воспитанников выросли в семьях с сочетанным (или супружеским) алкоголизмом в ближайшем социальном окружении, при котором индивидуаль­но-личностные его особенности приобретают парно-групповые ха­рактеристики с иного рода семейно-алкогольной адаптацией, чем в семьях, где только один из родителей страдает алкоголизмом.
Необходимо отметить малое и явно недостаточное количество исследований семей, в которых оба супруга страдают злоупотреб­лением спиртными напитками. Тем не менее, отмечается неодно­родность клинико-типических особенностей этих пар. Выделяются следующие типы подобных семей. 1) Алкогольно-социопатический тип, который характеризуется грубым нарушением социаль­ных ролей и общественных норм поведения. Для этих семей при­суща ранняя обоюдная алкоголизация, злокачественное течение заболевания, ранние психопатоподобные формы реагирования (у жен чаще истеро-возбудимые, у мужа — эксплозивные) с бы­стрым формированием измененных форм опьянения. После 5—10 лет алкоголизации социопатия затрагивает все сферы жизнедея­тельности: супруги совершают противоправные поступки, преры­вают трудовую деятельность; перестают справляться с воспита­тельными и хозяйственными функциями. В данном случае пре­обладает эйфоризирующе-стимулирующая мотивация пьянства, где алкоголь выступает в роли допинга. 2) Алкогольно-невроти­ческий тип семьи характеризуется сочетанием алкоголизма и нев­ротического стиля взаимоотношений. Здесь алкоголь служит средством для снятия постконфликтного напряжения и улучшения межличностного взаимодействия, то есть преобладающими явля­ются релаксационно-коммуникативные мотивы употребления ал­коголя. 3) Алкогольно-олигофреноподобный тип семей, которым свойственна «неразвитость» у супругов всех сфер. Эти лица стоят на низком уровне и по образованию, и по социально-трудовому статусу, и по духовно-нравственному развитию. Употребление крепких спиртных напитков с самого начала опирается на сильные родственные алкогольные традиции. Тем не менее, грубой социаль­ной дезадаптации не наблюдается. Следовательно, доминирующей мотивацией злоупотребления спиртными напитками является псевдотрадиционная и адаптационная.
В результате нашего обследования четко разграничить типы семей и мотивы совместного употребления алкоголя не представи­лось возможным, видимо из-за того, что работа велась не с самими родителями, а анализировались данные, зарегистрированные в «личных» делах воспитанников специальной школы в сочетании с беседами с ними. Несмотря на это, обнаружилась выраженная социопатия родительских семей: у 26% подростков ближайшие родственники находились в местах лишения свободы (не учиты­вались принудительные направления на лечение в ЛТМ и суди­мости родителей по поводу лишения родительских прав кого-либо из родителей). Еще у 28% обследованных воспитанников спец­школы родители предупреждены или уже лишены родительских прав вследствие аморального образа жизни и злоупотребления алкогольными напитками. Более половины родителей не имели постоянного места работы, в связи с чем не было постоянного источника дохода.
Наряду с этим 6% семей, где злоупотреблял спиртным только отец, можно отнести в разряд достаточно благополучных, так как в этих семьях не обнаружено выраженных явлений социальной дезадаптации. Родителями постоянно осуществлялись попытки контроля за своими детьми.
Таким образом, в анамнезе у 78% воспитанников выявлены крайне неблагополучные условия воспитания, где во время запоев родителей они практически с самого раннего детства были эпизо­дически предоставлены сами себе. Большинство из них годами существовало в нечеловеческих условиях проживания. Например, в одном из личных дел сообщается о санитарных условиях места жительства: «Условия антисанитарные, ужасающая грязь. Из ме­бели в квартире только стол на кухне, где дети занимаются. Даже табуреток нет — сидят на ящиках из-под бутылок. В доме четверо детей младше 11 лет, а из еды на окне полбуханки хлеба и поллитровая банка с водой». При беседе на вопрос: «А на чем же с бра­тьями и сестрами спал, если в доме вообще нет мебели?», мальчик ответил, что: «годами все спали вповалку на сене в одной из ком­нат». На вопрос: «Нравится ли Вам находиться в специальной школе и почему?» большинство подростков ответило положительно в качестве основной причины указывалось: «Здесь всегда сыты». У 12% из них зарегистрированы госпитализации в детские больницы в крайне запущенном состоянии с диагнозами «дистрофия», «анемия».
Следовательно, при хроническом алкоголизме родителей на­блюдается исчезновение факторов, необходимых для успешного функционирования семьи, развивается извращение потребностей и снижение волевых качеств у родителей, отсутствие понимания ими детей и их элементарных потребностей. Все это приводит к боль­шой (порой непереносимой) нервно-психической и физической на­грузке как на семью в целом, так и на детей в особенности. В «качестве важнейших черт в семьях алкоголиков отмечают высокую нервно-психическую нагрузку, напряжение, тревогу, что обусловливает нервно-психические расстройства у детей. Кроме того, алкоголизм родителей порождает социальные проб­лемы у их детей: у них возникают сложности в общении со сверст­никами — значительная часть их становится изгоями, объектом насмешек, групповой обструкции и т. п.
У 56% обнаружено пребывание вне семьи (интернатах или у дальних родственников) от полугода до 6 лет. Можно утверж­дать, что у большинства обследованных подростков выявлена депривация, которую отличают от социально-педагогической за­пущенности. Последняя есть результат плохого воспитания, не на­рушающего психического развития ребенка. Психическая же депривация «является состоянием, возникшим в результате таких жизненных ситуаций, где субъекту не предоставляется возмож­ности для удовлетворения некоторых его основных (жизненных) психических потребностей в достаточной мере и в течение доста­точно длительного времени».
Неблагоприятное социальное окружение ребенка, родители которого или один из них страдают хроническим алкоголизмом, ведет к депривации, в результате чего он не способен приобрести социальный опыт или этот опыт оказывается неудовлетворитель­ным, обусловливающим последующие нервно-психические нару­шения.
К проблеме о том, какие же факторы депривации являются наиболее важными, обращалось довольно много авторов. Перво­начально были описаны следующие факторы: 1) недостаточность и непоследовательность материнской заботы с элементами пре­небрежения; 2) искаженное воспитание психически больными или отсталыми родителями; 3) дезорганизация семейной жизни 8 связи с отсутствием отца или матери или их антисоциальное поведение; 4) социальная изоляция семьи; 5) неблагоприятные материально-бытовые условия, невозможность владения личными вещами — игрушками, одеждой, постелью и т. д. Затем этот Перечень был дополнен за счет эмоциональной неадекватности Родителей, низкого уровня стремлений к достижениям в семье и культуральной среде, частью которой семья является, бедного лексикона и упрощенности языковых структур, низкого экономического уровня семьи, недоступности для нее специальных профилактических или терапевтических инструкций, отсутствия взрослых, которые могли бы подкреплять и облегчать новые образцы поведения. В последующем произошло еще одно расширение числа факторов депривации в связи с неудовлетворенностью одной из «основных» (жизненных) потребно­стей общественной самореализации, посредством которой предоставляется возможность овладения раздельными общественными ролями и ценностными целями. При этом всеми авторами отмечался тот факт, что чем раньше и дольше после рождения ребенок находится в обстановке депривации, тем хуже для формирования его психики.
Общеизвестно, что для психического развития ребенка семья представляет единое целое, так как каждый отдельный член аутохронно выполняет определенную роль в удовлетворении его жизненных потребностей — сенсорных, эмоциональных, социаль­ных и когнитивных. Ситуация в семье алкоголика является уни­версальной депривацией, семейной, материнской (матеральной), отцовской (латеральной).
Следует  отметить,  что диагностировать  какие-либо  нервно-психические нарушения у подростков врач-психиатр в принципе может только в случае ярких проявлений расстройств личности. Происходит это потому, что существует положение, запрещающее помещение подростков с отклонениями поведения в специальную школу со строгим контролирующим режимом, если у последних диагностированы   какие-либо  аномалии   психического  развития. Из анамнеза консультируемого подростка может быть известно о его повышенной эмоциональной неустойчивости, вспыльчивости, импульсивности, агрессивности вплоть до жестокости; что зача­стую этот подросток терроризировал других детей. Разнообразные воспитательные  воздействия  желаемых  положительных сдвигов в его поведении  не приносили.  Все это  привело к нарастанию масштабов нарушений поведения, например от асоциальных по­ступков до  противоправных действий.  Но даже  в этом  случае данный подросток не наказуем, так как уголовное дело закрыва­ется  в  связи  с  недостижением  им  соответствующего  возраста (14  лет).   Также  это  усугубляется полной бесконтрольностью, равнодушием со стороны родителей. Единственной действенной мерой разрешения рассматриваемой ситуации является помещение подобных подростков в специальную школу, изолируя тем самым от крайне неблагоприятного ближайшего социального окружения, с одной стороны, и контролируя его поведение — с другой. Поэ­тому врач поставлен в такие условия, когда он вынужден при­знавать нарушения нервно-психического развития в рамках нор­мы, хотя это и противоречит клиническим описаниям взаимосвязи между алкоголизмом родителей и психическим неблагополучием их детей.
Такие подростки нуждаются в помощи, в первую очередь, врачей и психологов, а только после этого социальных работников. Видимо, следует исходить из жизненных реалий, официально признать, что большинству «трудных» подростков присуши аномалии психического развития, и строить комплекс психокоррекционных мероприятий с ними, учитывая указанный медицинский фактор (то, что эпизодически они нуждаются в меди­каментозной поддержке), который в данный момент полностью исключается. Более того, видимо следует исключить данное огра­ничение (нарушения нервно-психического развития) при направ­лении подростков-делинквентов в специальную школу.
Это утверждение полностью согласуется с мнением практиче­ских работников правоохранительной системы, которые пришли на основании опыта к тому же выводу. Так, анализируя общие сведения о криминогенной ситуации в Петербурге и Ленинградской области констатируют, что «более 1000 преступников в возрасте 11 —14 лет, находящихся на учете в психоневрологических диспан­серах, свободно ходят по улицам города. Однако, избежав наказа­ния по причине душевной болезни, малолетние преступники отнюдь не перевоспитались. Во всем мире для них созданы специнтер­наты — это и гуманно, и для общества безопасно. У нас таких заведений нет. В результате мы собственными руками растим рецидивистов…».
Проблема отклонений поведения у детей и подростков была и остается чрезвычайно актуальной. Возникает необходимость в соз­дании профилактической модели стабилизации функционирования общества. И ряд таких моделей предложен учеными — психоло­гами, юристами, педагогами, рассматривающих три основных направления: 1) совершенствование социальной жизни людей; 2) устранение социальных факторов, способствующих формиро­ванию и проявлению девиантного поведения; 3) воспитание со­циально ориентированной личности. Все авторы единодушно счи­тают необходимым скоординировать действия между многочислен­ными субъектами, занимающимися как профилактикой, так и коррекцией отклонений поведения у подростков, учитывая все факторы дезадаптации: социальные, юридические, медицинские, психологические и педагогические.

Поделиться:




Комментарии
Смотри также
12 марта 2003  |  15:03
Клиника толуоловой интоксикации у подростков
Широкое распространение различных видов ингаляционной токсикомании, в том числе и толуоловой, у нас в стране среди подростков отмечается с начала 90-х годов и имеет постоянную тенденцию к увеличению. Профилактика и лечение токсикомании является одной из наиболее сложных проблем у подростков, использующих психоактивные вещества в немедицинских целях. В сообщениях отдельных авторов описывается клиника ингаляционных токсикомании, связанных с вдыханием бензина, пятновыводителей, толуола.
02 декабря 2002  |  11:12
История борьбы с пьянством и алкоголизмом в 20 – 30-х годах
История борьбы с пьянством и алкоголизмом, проводившейся в нашей стране в разные эпохи, разработана недостаточно. В монографиях по проблеме алкоголизма она даётся фрагментарно, в немногих статьях, посвящённых этой теме, отражены, как правило, лишь некоторые эпизоды.
23 ноября 2002  |  14:11
Поиск впечатлений как фактор приобщения подростков к наркотикам
В исследовании причин распространения наркомании у молодежи один из важнейших вопросов — выявление мотивационных факторов, приводящих подростков к употреблению наркотических веществ.
23 ноября 2002  |  09:11
Патоморфоз опийного абстинентного синдрома
В последние годы наблюдается тенденция к употреблению больными наркоманиями самодельных наркотических препаратов, в частности получаемых путем кустарной химической обработки опия-сырца.
19 ноября 2002  |  20:11
Об антинаркотической пропаганде
Одной из форм первичной профилактики наркоманий и токсикоманий является антинаркотическая пропаганда, проводить которую, с нашей точки зрения, необходимо с учётом информированности населения по данной проблеме.