Сегодня 21 мая 2024
Медикус в соцсетях
 
Задать вопрос

ЗАДАТЬ ВОПРОС РЕДАКТОРУ РАЗДЕЛА (ответ в течение нескольких дней)

Представьтесь:
E-mail:
Не публикуется
служит для обратной связи
Антиспам - не удалять!
Ваш вопрос:
Получать ответы и новости раздела
28 августа 2002 04:36

ТРАВМА – ЭТО БАРОМЕТР, ОТРАЖАЮЩИЙ НЕ ТОЛЬКО ПОГОДНЫЕ, НО И СОЦИАЛЬНЫЕ УСЛОВИЯ

 Владимир Павлович Охотский, профессор, руководитель отдела травматологии НИИ скорой помощи имени Склифосовского, главный травматолог Комитета здравоохранения  г. Москвы
 – Наш знаменитый  соотечественник Николай Иванович Пирогов, занимаясь военно-полевой хирургией, следовал выработанному им самим принципу: «Сначала – организация, потом – лечение». Травматология – это почти военная специальность, и ее успехи необходимо оценивать, рассматривая работу службы в целом.
В  Москве, с моей точки зрения, организация  поставлена хорошо.  В городе созданы стационары, которые называются  больницами скорой помощи. Их восемь. Кроме них пациентов с травмой принимают такие крупные клиники как 1−я Градская, Боткинская, НИИ Склифосовского, где есть отделения хирургии, травматологии, переливания крови, реанимации, гинекологии, черепно-мозговой травмы. Персонал грамотный, лечат квалифицированно. И все же уровень оказания помощи в больницах разнится, поясню почему.
Переломы можно лечить по-разному. Вот, к примеру, сделали остеосинтез – забили пациентке гвоздь. Приблизительно через месяц специалисты нашего института уже разрешают больной ходить с костылями, наступать на ногу, нагружать ее. В других клиниках по-другому – запрещают наступать на ногу в течение полугода! Или – перелом лодыжки или лучевой кости: где-то посчитают нужным наложить циркулярную повязку, где-то гипсолангетную,  и так почти в каждом случае. Сейчас стоит вопрос о стандартизации лечения. Задача специалистов – из всей массы методик выбрать самую лучшую, а затем внедрить ее повсеместно.
Но Москва трудна тем, что здесь не так-то просто дать команду – делайте только так и не иначе. В  каждом травматологическом отделении существует своя учебная клиника, которая имеет полное право внедрять и разрабатывать те методы, которые она считает более полезными. И запретить ей этого нельзя.
Кроме стационарной, существует  еще амбулаторная травматологическая служба, которая лечит 95%  всех пациентов с травмой. Амбулатории в народе называются травмпунктами, но это не совсем правильно. Это районное травматологическое отделение, при котором есть комната, где организовано круглосуточное дежурство врачей. Остальная же амбулаторная служба занимается оказанием помощи больным, выписанным из стационаров, их долечиванием, диспансеризацией, выдачей больничных листов. Система действует с 1968 года, и долгое время по праву считалась предметом гордости московского здравоохранения. Сегодня, несмотря на сложные для медицины времена,  ее удалось сохранить,  и она нуждается лишь в материальном укреплении.
Вообще, травма – это своего рода барометр, отражающий как погодные условия, так и социальные факторы.
Раньше  мы очень ратовали за стационарное лечение, за то, чтобы было как можно  больше травматологических коек. Мы все время считали, сколько потеряли койко-дней, сколько дней у человека больничный, когда он вернется к труду и т. д. Сейчас редко кто упрашивает дать больничный – почти все рвутся на работу. И травмы в больницах стало меньше: лежат лишь те, кому это действительно необходимо. Поэтому мы считаем, что тех коек, которые в городских стационарах есть – вполне достаточно. 
   Когда в семидесятых годах мы первый раз попали  во Францию, я был  поражен. Любой несмещенный перелом они оперируют. А мы считали, что при этом достаточно просто положить гипс. Но операция – заметно сокращает срок лечения пациента, она экономически целесообразнее. Сегодня у нас тоже  почти все заинтересованы в небольших сроках лечения – врач, пациент, страховая компания.
Но существует такой  контингент как пожилые и старые больные. К нашим старикам, к сожалению, не всегда хорошо относятся в травматологии. Зачастую даже отказывают в госпитализации, говорят: «Чего тебя лечить?» А ведь человек хочет хотя бы и с костылями по дому ходить, помогать по хозяйству. Мы разъясняем персоналу «скорой», что каждого больного старика надо отвезти в стационар, где ему сделают соответствующую операцию. Их лечить необходимо, потому что это тоже экономически выгодно.  Пенсионер у нас в России, живет, как правило, в семье. Бабушки воспитывают внуков, держат на себе дом, дедушки – трудятся на дачных участках, освобождая семью от дополнительных расходов и обязанностей. Если дома появляется лежачий старик, то он связывает всех.
Самая распространенная и страшная в пожилом возрасте травма – перелом шейки бедра. Без медицинской помощи она означает, как правило, неподвижность, мучение для себя и родных, преждевременную смерть.
Около тридцати процентов лежачих пациентов – именно с этой травмой.
У нас в НИИ этому разделу травматологии уделяется очень большое внимание – экстренно проводим операции, протезируем. 
И здесь хотелось бы сказать о том, в чем мы действительно проигрываем зарубежным коллегам. Наши врачи умеют прекрасно лечить, но нет у них того оснащения, оборудования. Металлические фиксаторы отечественного производства доступны по цене и дают возможность проперировать перелом. Но по качеству они отличаются от импортных так же, как Москвич от Мерседеса.
Когда больной поступает  с переломом – все, в принципе, специалисту понятно – кость двигается, есть припухлость и т. д. Но  в  европейской клинике, ему кроме рентгена сделают еще компьютерную томографию, ядерно-магнитный резонанс, исследование ультразвуком и радиоизотопами и только после этого поставят диагноз и сделают операцию.
Отстаем мы и в эндопротезировании – очень мало у нас делают операций.
Когда мы обсуждали проблему переломов шейки бедра, оказалось, что   лишь тридцать процентов пациентов восстанавливаются после оперативного лечения суставов металлическими фиксаторами. А вот семидесяти процентам больных необходимо еще и ставить эндопротез. Это, в основном,  пожилые люди.  Сегодня потребность Москвы в эндопротезировании травмы, по скромным подсчетам, составляет полторы тысячи операций в год. Сейчас их производят раз в десять меньше.
В нашем НИИ за три года  сделано более двухсот операций по установке эндопротезов. Хотя наши специалисты готовы были делать гораздо больше. Причины – опять же в экономике. Отечественный сустав для эндопротезирования стоит около трехсот долларов, зарубежный – от трехсот до трех тысяч.
Перелом шейки бедра «стоит» страховой компании 2 940 рублей. Именно эту сумму она перечисляет лечебному учреждению, что, конечно же, расходов наших не покрывает.  За проведенные операции доплачивали из городского бюджета, из средств института, родственники пациентов. Но сколько еще людей стоят на очереди и удастся ли им помочь – вот вопрос. Так что проблема существует и своего решения требует.

Поделиться:




Комментарии
Смотри также
28 августа 2002  |  04:08
КЛАССИФИКАЦИЯ ОСТЕОПОРОЗА
   Факторы риска А. Первичный остеопороз 1. Постменопаузальный остеопороз (1 типа) 2. Сенильный остеопороз (2 типа) 3. Ювенильный остеопороз 4. Идиопатический остеопороз Б. Вторичный
28 августа 2002  |  04:08
ЗАКОН ПРОТИВ ЗАКОНА
 Михаил Михайлович Каабак, заведующий отделением трансплантации почки НЦХ РАМН. – Михаил Михайлович, какова заболеваемость хронической почечной недостаточностью? Насколько значима эта проблема
28 августа 2002  |  03:08
ОБЩАЯ КУЛЬТУРА – ПЕРВЫЙ БАРЬЕР НА ПУТИ ИНФЕКЦИИ
 В. М. Клюжев, начальник госпиталя, доктор медицинских наук, профессор, академик РАЕН, Заслуженный врач Российской Федерации, генерал-майор медицинской службы Вячеслав Михайлович, какие
28 августа 2002  |  03:08
ПРОБЛЕМА СТОМИРОВАННЫХ БОЛЬНЫХ В ЗДРАВООХРАНЕНИИ
  С каждым годом растет число людей, для которых перенесенная хирургическая операция на тонкой и толстой кишке заканчивается наложением стомы. Как жить дальше – вопрос для этих пациентов
24 августа 2002  |  05:08
Стандарты хирургического лечения больных панкреонекрозом в стадии гнойно-некротических осложнений.
 Отделение абдоминальной хирургии МОНИКИ им.М.Ф.Владимирского с 1995 года занимается вопросами хирургического лечения больных панкреонекрозом в стадии гнойно-некротических осложнений. В настоящем